Архимандрит Варсонофий (Веревкин): «Сведение ума в сердце вместе с вдыхаемым воздухом»

Время прочтения: 12 мин.

Самый процесс введения ума в сердце вместе с вдыхаемым воздухом подвижники описывают следующим образом. «Дыхание, – говорит преподобный Никифор Уединенник, – есть естественный путь к сердцу. Итак, собрав ум свой в себе, введи его в путь дыхания, коим воздух доходит до сердца, и вместе с сим вдыхаемым воздухом понудь его сойти в сердце и там остаться. Приучи же его, брате, не скоро оттуда выходить, ибо вначале он очень скучает в этом внутреннем заключении и тесноте, когда же привыкнет, то не любит, наоборот, кружиться вовне, потому что ему там не невесело и не нерадостно»[1]. Когда же ум (сознание) привыкнет уединяться в сердце, то тогда, по словам того же автора, он «исполняется неизреченной сладости и веселия. Тогда видится ему, как воистину Царствие Небесное внутрь нас есть, которое теперь, узревая в себе и чистою молитвою ища, да пребудет и укрепится в нем, он все внешнее считает не стоящим внимания и нисколько не привлекательным»[2]. Этот прием или «делание», по словам преподобного Никифора, а также и святых Каллиста и Игнатия, скорее всего, приводит к цели и «научает тому, чего другим путем не узнать никогда»[3].

Приготовившись указанным образом и сосредоточивши свой ум (сознание) в сердце, человек не должен оставаться праздным, но ему следует непрестанно творить молитву «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя!» и никогда не умолкать[4]. «Ибо, – поясняет преподобный Никифор, – содержа ум немечтательным, делает его неуловимым и неприкосновенным для прилогов вражеских и каждодневно все более и более вводит в любовь и вожделение Бога»[5].

Но так как это вхождение в область сердца не легко и не скоро достигается, то святые подвижники рекомендуют другие, аналогичные приведенным, вспомогательные приемы. Преподобный Никифор говорит, что если по указанному им способу не достигается желаемый результат, то «сделай так, как я еще тебе скажу, и с Божиею помощью найдешь искомое»[6]. «Ведомо тебе, – разъясняет он, – что словесство (говорение) всякого человека находится в персях его. Ибо внутри персей, когда молчат уста наши, говорим мы и совещаемся с собою[7], и молитвы творим, и псалмопение совершаем… Итак, этому словесству[8], изгнав из него всякий помысл (ибо сможешь, если захочешь), дай сию молитовку: „Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя!“ – и понудь его вместо всякого другого помышления это одно всегда вопиять там внутри. Если будешь такое делание держать неопустительно со всем вниманием, то откроется тебе чрез сие по времени и сердечный вход…[9] без всякого сомнения, как это сами мы опытом познали»[10].

В приведенном приеме центр тяжести, как и в предыдущем, заключается в сосредоточении своего сознания со вниманием внутри себя, «в персях», в сердце, чтобы не дать рассеиваться мыслям и тем самым не помешать уму углублению в молитву.

На вопрос, почему именно делание имеет такое значение при творении умной молитвы, святой Григорий Палама приводит следующее объяснение: «Так как у тех, кои недавно вступили в подвиг сей, ум, и будучи собираем внутрь, часто отскакивает во вне, и им должно также тотчас опять возвращать его внутрь, а он у ненавыкших еще сему делу ускользает, или крайне подвижный и трудно удерживаемый вниманием в созерцании единого, то некоторые советуют воздерживаться от частого дыхания и несколько сдерживать его, чтобы вместе с дыханием и ум удерживать в себе, пока, с Божиею помощью, чрез навыкновение в сем, приучив ум не отходить на окружающее и не смешиваться с тем, сделать его сильным к сосредоточению на едином»[11]. Значит, задерживая дыхание, молящийся тем самым способствует собранию своего ума с посторонних вещей и сосредоточению его в себе самом.

Но, однако, как видно из дальнейших слов святого Григория, это задерживание дыхания, имеющее большое значение в деле умной молитвы, не есть что-либо неестественное. «Сдерживание дыхания, – говорит он, – как всякий видеть может, следует и само собою за вниманием ума (или сопровождает его); потому что при усиленном размышлении о чем-либо дух сей (дыхание) не спешно входит и выходит»[12]. Действительно, наблюдая в повседневной жизни людей и самих себя во время сильных переживаний – радости или скорби, – приходится замечать невольное сжатие гортани, причем дыхание незаметным образом задерживается в горле. Епископ Феофан в своих «Письмах о христианской жизни», говоря о подобной задержке дыхания, напоминает, что, «когда в скорби умоляем о помощи, речь идет из стесненной гортани и с дыханием сдерживаемым»[13].

Ввиду изложенного обстоятельства стеснение дыхания или его задержка является внешним способом для скорейшего достижения успеха в подвиге умной молитвы.

Есть и еще другие искусственные приемы, употребляемые при умной молитве, но они опущены епископом Феофаном при редактировании им «Добротолюбия», так как применение их требует руководства опытных учителей-старцев. Без руководителя же появляется опасность, что начинающий молитвенный подвиг может пойти по ложному пути. Вместо сосредоточения и усиления религиозного чувства в сердце он, путем искусственных приемов, достигнет лишь усиления мозговой мысли (воображения) и, полагая все дела во внешности, уклонится от истинной молитвы. А это сведет к нулю все его духовное приобретение в этом направлении. В примечании к упомянутым приемам епископ Феофан говорит, что они «иных соблазняют и отбивают от дела, а у других покривляют самое делание»[14].

Между тем эти приемы не являются чем-то необходимым и крайне существенным. Они суть лишь обстановка, приспособление внешнего к внутреннему – не бесполезное, но вместе с тем это не есть главное в подвиге молитвы, не есть существо дела[15].

Главное же во всем делании умной молитвы – это сосредоточение ума (сознания) в себе самом путем заключения его при помощи дыхания внутри сердца, как говорят об этом святой Григорий Палама[16] и другие подвижники. Ибо «когда кто пребудет в сей собранности ума и в таком его простертии к Богу, тогда, сильным самопринуждением утесняя быстротечность своих мыслей, мысленно приближается он к Богу, встречает неизреченное, вкушает будущего века и духовным чувством познает, сколь благ Господь, как и псалмопевец говорит: «Вкусите и видите, яко благ Господь» (Пс.33:9)»[17].

О результате этих приемов с дыханием говорят и святые Каллист и Игнатий: «Надлежит ведать, что когда приучим мы ум свой вместе со вдохом воздуха входить внутрь, тогда опытно познаем, что ум, приступая к схождению внутрь, лишь только начнет сие, как отвергает всякий помысл и делается единичным и голым и никакою другою памятию не занятым, как призыванием Господа нашего Иисуса Христа; напротив же, оттуда исходя и на внешнее обращаясь, тотчас развлекается многообразными памятями»[18]. Святой Каллист Тиликуда об этом же так пишет: «Из какого же места сердца источается слеза, там да мыслится и зрится помысл твой, склоняясь внутрь тебя путем дыхания во время молитвы, и там да пребывает сколько можно. Ибо это крайне благотворно – производит частые и обильные слезы, пресекает пленение ума, водворяет мир мысленный, дает ход молитве и содействует обретению молитвы сердечной, благодатию Животворящего Духа, во Христе Иисусе, Господе нашем»[19].

Суммируя сказанное о назначении приемов при умной молитве, упомянутые авторы замечают, что все это «не другого ради чего святыми отцами придумано, как только ради того, что это содействует к собранию мыслей и возвращению ума от обычного ему парения к себе самому и сосредоточению его внимания»[20]. Это сосредоточение ума внутри себя святой Григорий Палама сравнивает с входом в клеть свою (и затворением двери ея), как об этом учит Иисус Христос[21] (и уподобляет святым ангелам молящегося таким образом): «Когда ты входишь в клеть свою и затворяешь дверь, т. е. когда ум твой не влается (не скитается – «Игум.В.») туда и сюда, но входит внутрь сердца твоего, и чувства твои ограждены от вещей мира сего, и ты таким образом всегда молишься, тогда ты бываешь подобен святым ангелам, и Отец твой, видящий тайную молитву твою, которую приносишь ты Ему в сокровенности сердца своего, воздаст тебе яве великими духовными дарами»[22].

Итак, человек молящийся сосредоточенно в сердце своем, достигает великих дарований, из коих первым является ощущение особого чувства, именуемого подвижниками теплотою сердечною. Выше было сказано о том, какое значение придают святые подвижники этому благодатному признаку во время умной молитвы.

Чтобы закончить обзор вспомогательных приемов, употребляемых при умной молитве для создания соответствующей обстановки и приводящих к благим результатам, следует отметить еще совет святых подвижников о совершении молитвы в комнате «безмолвной и несветлой» (это рекомендуют святые Каллист и Игнатий[23] и другие подвижники).

Советуя применять указанные приемы, святые отцы, однако же, предупреждают, что достижение высших дарований, получаемых при молитвенном подвиге, является делом не одних этих приемов, но, главным образом, благодати Божественной. «Подвиг умной молитвы, говорят они, успешно совершается умом, содействием Божественной благодати»[24], «при сердечном чистом и непарительном призывании Господа нашего Иисуса Христа, а не одним этим естественным приемом схождения в сердце путем дыхания или этим уединением в безмолвном и несветлом месте»[25].

Творить краткую умную молитву следует как можно чаще, причем одним из главных условий при этом является чувство смирения и благоговения пред Богом, без чего молитва будет бесплодна и даже во вред творящему ее.

Святые Каллист и Игнатий приводят слова святого Иоанна Златоуста, в которых он говорит: «С сердцем сокрушенным и смиренным и с утра до вечера вопийти [ко Господу], а если можно, то и всю ночь: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», и понуждайте ум свой на это дело до самой смерти»[26]. При этом, как говорит блаженный Диадох, требуется, чтобы молитва («Господи Иисусе Христе» и проч.), «умом в себе утесняющая, непрестанно была изрекаема в сокровенностях его так, чтобы при этом он не уклонялся ни в какие сторонние мечтания»[27].

***

[1] Т. 5. С. 249–250.

[2] Т. 5. С. 250.

[3] Т. 5. С. 250. Ср.: С. 335.

[4] Там же.

[5] Там же.

[6] Там же.

[7] Ср.: «От сердца бо исходят помышления» (Мф.15:19) – Т. 5. С. 292.

[8] Т. е. способности размышлять и чувствовать в сердце.

[9] Действие умной молитвы в сердце.

[10] Т. 5. С. 250–251.

[11] Т. 5. С. 295.

[12] Т. 5 С. 295.

[13] Свт. Феофан Затворник. Письма о христианской жизни. М., 1870. С. 47–48.

[14] Т. 5. С. 469. Примечание.

[15] Там же.

[16] Т. 5. С. 294.

[17] Т. 5. С. 301.

[18] Т. 5. С. 336.

[19] Т. 5. С. 432.

[20] Т. 5. С. 338.

[21] См.: (Мф.6:6).

[22] Т. 5. С. 481–482.

[23] Т. 5. С. 339.

[24] Ср.: Т. 5. С. 469–470 (примеч. еп. Феофана).

[25] Т. 5. С. 388 (свв. Каллист и Игнатий).

[26] Т. 5. С. 370.

[27] Т. 3. С. 38. Ср.: Т. 5. С. 371 и 379.

Источник: Архимандрит Варсонофий (Верёвкин) «Учение о молитве по Добротолюбию. Иисусова молитва»