Протоиерей Александр Тылькевич: «Как молиться непрестанно, если работа поглощает всё внимание?»
Время прочтения: 3 мин.
Когда человек задавал вопрос, по всей вероятности он имел в виду первое состояние, когда человек учится молиться и он с молитвословом стоит перед иконой. И вот, читает текст, который там написан, пытаясь адресовать его тому, кто нарисован на иконе.
Я думаю, что когда апостол Павел говорил нам: «Непрестанно молитесь, и за все благодарите», и в послании другом он говорил: «Будьте постоянно в молитве и бодрствуйте в ней с благодарением». Благодарение — это одна из высших степеней молитвы, выше нее только стоит созерцание, я думаю, что молиться по всей вероятности можно при любой работе.
Если кто-то интересуется, о молитве написано очень много книг, очень много назиданий и наставлений, поэтому молитва — это внутреннее состояние человека.
Если ты сидишь за рулем, то Иисусову молитву тебе ничего не мешает читать. Ведь когда за рулем люди едут они же включают музыку, иногда даже такую музыку которая мешает думать вот и приходится иногда водителя просить выключить, но вот такую музыку слушать есть время, а помолиться нет времени. Можно включить псалтирь, можно включить послания апостольские — это тоже состояние молитвы, когда человек размышляет о Боге, о всем, что говорили апостолы, о всех обстоятельствах, о времени, о персонажах, которыми наполнено евангельское время. Это тоже будет состояние молитвы, потому что это будет состояние размышления о Боге.
Какая работа может помешать человеку молиться? Даже если человек головой работает, все равно Иисусова молитва возможна.
Вы знаете, есть такая схема, когда у человека пять органов чувств, и каждый из органов чувств участвует в деле молитвы. Обоняние — мы вкладываем ладан, фимиам в кадило, читаем молитву: «Кадило Тебе приносим, Христе Боже наш, в воню благоухания духовного…» Слышали такую поговорку — боится, как чёрт, ладана, да?
Созерцание — мы смотрим на икону, даже святые отцы говорят, что если увидел красивую икону, подойди, закрой глаза и молись, чтобы даже икона с созерцанием не мешала человеку внутренней работе. Вкус — мы с вами причащаемся телом и кровью Христовой, это тоже одна из высочайших степеней молитвы.
Осязание — вы видели когда-нибудь, как монах перебирает четки — каждая горошинка — это Иисусова молитва. И поэтому, когда человек привыкает через осязание молиться, он даже потом, просто перебирая шарики, у него формируется обратная связь, начинает работать молитва.
Поэтому, если вы себя приучите во время какой-то работы перебирать четки и читать Иисусову молитву с благословения Духовника, чтобы не было какого-либо искушения, то не будет такой работы, которая помешала бы человеку постоянно думать и размышлять о Боге. Какая бы форма размышлений не имела места быть, будь это чтение псалтири, будь это слушание Евангелия, будь это произнесение слов благодарения или вот такого богообщения, когда мы с вами читаем молитву, мы общаемся с Богом, когда читаем Евангелие, Бог общается с нами.
Видите, какой уже диалог. Поэтому я думаю, что всегда надо ставить себе задачу и выполнять ее. Если у меня стоит задача молиться, значит я должен думать, как это сделать, а не думать, как мне этого не делать, и что мне мешает это делать.
Если тебе что-то мешает делать, значит надо убрать то, что мешает.
