Николай Михайлович Новиков «Синхронизация слов, дыхания и пульса»

Время прочтения: 11 мин.

Далее задача художества – синхронизировать, гармонично совместить три основных ритма: слово-дыхание-пульс. Смысл в их слаженном, согласованном сочетании: молитвенная фраза влагается во вдох-выдох и одновременно нанизывается на пульсацию. Гармония достигается, когда сумеем держаться главного правила: скорость молитвы, как и темп дыхания, должны оставаться естественными.

Прийти к этому не так уж трудно, ибо единство триады сердце-молитва-дыхание от сотворения присуще нашему естеству: «Сердце создано Богом для того, чтобы непрерывно биться любовью к Богу, жить и дышать Им и призывать Его»[1]. Так что на деле слияние трех ритмов обретается органично и даже почти незаметно. Единственное, что требуется от нас, – это опыт и опыт.

Внутренние ритмы всегда изменчивы, их темп колеблется в зависимости от перемены мыслей и чувств, состояний и действий. Отпустим их на свободу. Частота пульса нам и так не подвластна, позволим себе и в остальном следовать естеству. А именно: не будем искусственно замедлять или ускорять молитву, пытаясь насильно втиснуть ее в дыхательный цикл, не станем и темп дыхания принудительно подгонять под молитвенные слова. Как ранее уже говорилось, здесь нужен подход творческий, обретаемый интуитивно опытным путем[2].

Будем молиться так, как молится, – пусть молитва идет в темпе, который сам собой задается в соответствии с душевным настроем, владеющим нами в данный момент. Соответственно, молитва может то, оживляясь, ускоряться, то затихать, почти замирая. Без принуждения подстроимся к ритму пульса и постепенно нащупаем органичное сочетание молитвенной фразы с сердцебиением и с ритмом дыхания.

Пусть пять слов молитвы вплетаются в цикл вдоха и выдоха, а удары пульса отбивают каждое слово или же делят его на слоги или на группы слов, – не важно, в какой комбинации, лишь бы связались все три начала: слово-дыхание-пульс – при любом ритмическом рисунке. Это будет «еле уловимой… своеобразной ритмичностью»[3].

Комбинация может свободно меняться по ходу молитвы. Главное – должен образоваться слаженный ансамбль, где доминантой звучит молитвенная мысль[4].

Молитва, если она живая, может растягиваться или сжиматься. Когда непроизвольно меняется ее темп, или скорость дыхания, или частота сердцебиения, то изменяется и соотношение ритмов. Так, при замедлении молитвы один слог может растянуться на несколько ударов пульса, при ускорении – наоборот. Иногда на вдох успеем вместить полную молитву, а иногда только помыслить имя Божие. В другой раз один слог растянется на вдох и на выдох. В паузах между словами может звучать по несколько ударов пульса, но в иное время молитва может идти слитно, слова звучат без пауз, молитвы перетекают одна в другую.

Со временем, когда подействует благодать, соединяющая ум и сердце, скорость мысли начнет возрастать. Сможем заметить, что на сердечном уровне молитва с легкостью мыслится целиком на вдох, а следующая – на выдох.

Повторим, что наша задача – сохранять совмещение ритмов по любой произвольной схеме, свобода и естественность важны здесь прежде всего. Всякая искусственная натяжка начнет формализовать и выхолащивать молитву, лишать ее жизни. В совмещении ритмов не должно быть никакой жесткой механистичности, как, например, между зубьями шестеренок. Приемы художества призваны оживить молитву, а не уподобить ее работе бездушного механизма.

Не у всех это получится сразу, внимание будет отвлекаться от молитвы, начнут путаться и сбиваться ритмы. Но можно действовать постепенно: освоить отдельно сочетание с дыханием, а затем начать привязывать пульс. Овладеть этим художеством не так уж сложно, а путь к этому только один – через практику, через опыт.

Тем не менее описанная техника не всегда и не всем подходит. Кто-то никак не может внятно расслышать пульс, кому-то не удается совмещение ритмов, а у кого-то могут возникать нездоровые ощущения в сердце, и тогда нужна осторожность. В этих случаях можно вполне ограничиться привязкой только к дыханию[5].

Если не контролировать пульс, то прием затвор в таком варианте может сводиться к охвату вниманием не четырех, а только трех позиций[6].

Также заметим, что при длительной келейной молитве в неподвижном сидячем положении, когда дыхание настолько затихает, что практически неощутимо, бывает достаточно привязки молитвы к одному только пульсу, который на фоне этого телесного покоя бывает особо заметен. И, напротив, во время движения – при поклонах, ходьбе, работе – сложно бывает уследить за сердцебиением, тогда как дыхание бывает выражено явно. В этом случае вполне можно обходиться одним сочетанием молитвы с дыханием.

Метроном

Совмещение трех внутренних ритмов, образующее связку слово-дыхание-пульс, послужит нам своеобразным приемом художества, который назовем для краткости метроном.

Навык в использовании этого приема дает ощутимую пользу сразу по нескольким направлениям. Прежде всего, привязка ума через молитву к дыханию и пульсу помогает удерживать внимание в груди и облегчает введение ума в сердце, какой бы способ ни применялся: ноздренный путь, перси или прямое вхождение.

За счет навыка в этом делании у нас постепенно устанавливаются ассоциативно-рефлекторные связи между физическими процессами и произносимой молитвой, дыхание и пульс начинают, наподобие четок, синхронно отмерять молитвенные слова и фразы. Образуются как бы внутренние четки, которые, в отличие от обычных, всегда при нас и перебирать которые не забудешь. Более того, поскольку такие четки перебираются непроизвольно сами по себе и бесперебойно, то побуждают нас непрестанно обращаться к молитве.

Известно, сколько усилий обычно требуется на возвращение к молитве отвлекающегося ума, но тот, кто освоит практику метронома, получит помощь и в этом плане. По мере закрепления навыка вступает в силу принцип обратной связи. Опыт покажет: стоит обратить внимание на дыхание или прислушаться к сердцебиению, как под этот ритм начинает слышаться в сердце звучание молитвы. Со временем это станет нормой. Достаточно будет обратить внимание на свой вдох – и уже зазвучало: Иисусе Христе…[7]

Прием метроном не просто помогает возобновлять и поддерживать ускользающую молитву, он влияет в целом на образ жизни. Благодаря ему молитвенные состояния становятся все глубже и продолжительнее, у человека исподволь зарождается потребность молиться как можно чаще, без перерывов.

Когда молитва, как действие намеренное, осознанное, увязывается воедино с непроизвольными бессознательными функциями организма – дыханием и пульсом, – то она прививается к естественным биологическим ритмам. Через эту устойчивую связь молитва становится как бы частью нашего естества, она приобщается к неотъемлемым жизненным процессам и через это оказывается уже некоторым образом органически присущим нам действием. Она вживается в естество, становится для нас жизненно необходимой, как воздух. Именно так воплощается на деле известная заповедь Лествицы[8].

Привязка к естественным ритмам помогает укоренить молитву в душе еще и потому, что для человека вообще свойственна подчиненность природным ритмам, как внутренним, так и внешним. В основе организации всей нашей жизни заложены циклические повторы, начиная с круговращения дня и ночи. Тот же принцип в строе молитвенной жизни души: правило утреннее и вечернее и в возрастающем масштабе непресекаемый богослужебный круг – дневной, недельный, годичный.

Но вернемся к дыханию и сердцебиению. Очевидно, что эти процессы по природе своей непрестанны и самодвижны. Когда, благодаря навыку, подсознательная связь между ними и молитвой закрепляется, то специфичное свойство приснодвижности начинает определенным образом распространяться и на саму молитву, начинает к ней прививаться, влиять на ее качество, становиться в некотором роде присущим ей. Таким путем наш душевно-духовный организм подготавливается к восприятию благодати самодвижности.

Когда единство внутренних ритмов обретено, когда каждый вдох непроизвольно откликается молитвой, когда молитва пульсирует в груди в каждом ударе сердца, можно сказать, что она начинает входить в плоть и кровь нашего естества, становясь неотъемлемой частью нашего бытия, а потому со временем может преобразоваться в молитву поистине непрестанную.

Обратим внимание еще на один аспект. Когда телесные ритмы согласованы с молитвой, – когда мы ею дышим и она же бьется в нашем сердце, – тогда в молитвенный процесс вместе с душой и духом начинает вовлекаться и наш телесный состав. Истинная молитва – дело не одного ума, не только души, но непременно и тела, предназначенного стать храмом молитвы[9].

Связь молитвы с сердцебиением и дыханием позволяет достигать теснейшего психофизического единения, поскольку кровеносная и дыхательная системы, как системы энергообразующие, взаимодействуют со всем нашим организмом на клеточном уровне[10].

В результате описанная практика, по сути такая простая, ведет к тому, что молитва начинает как бы пронизывать все естество человека, проникая в каждую клетку. И тогда мы поистине обретаем способность взывать к Богу всем сердцем… всею душею… и всею крепостию[11]. Тогда и все наше «существо соделывается как бы едиными устами, произносящими молитву»[12].

Итак, метроном – один из самых простых приемов художества. Нужно всего лишь следить за дыханием и за пульсом, сосредоточив внимание на молитве Иисусовой. В том и достоинство психофизического метода: доступность и эффективность. Когда метроном станет навыком и молитва сердечная войдет в плоть и кровь, то этот простой прием окажется сильным орудием, средством, способным приблизить к высоким целям – к непрестанной молитве и к молитве всем существом: духом, душой и телом.

***

Наконец, несколько слов предупреждения. Иногда советуют, в качестве вспомогательного приема, нащупывать пульс на запястье и так пытаться связать его с молитвой. Об этом, например, упоминает в своих записках монах пустынножитель: «Слова молитвы нужно соразмерять с тактами биения сердца… Чтобы приобрести навык, большой палец правой руки нужно держать на кисти левой и ориентироваться по пульсу, не отвлекая внимания от верхушки сердца, то есть от верхней части грудной клетки»[13].

Хотя авторитет кавказского пустынника располагает к доверию, тем не менее далеко не все находки людей, находящихся в творческом поиске, заслуживают подражания. Не посоветуем никому следовать этой практике.

Главная цель при обучении – соединить молящийся ум и сердце. В этом смысл всех приемов художества. Они призваны привить ум к сердцу, для чего необходимо развить соответствующий навык. Однако описанный прием явно учит обратному: отрывать ум во время молитвы от сердца, уводя внимание к кистям рук. Вырабатывается навык удаляться умом от сердца, что прямо препятствует стяжанию умной молитвы.

Хотя автор и оговаривается, предлагая не отвлекать внимание от сердца, но напрасно, на деле это не получится – часть внимания помимо нашей воли все равно ускользнет к запястью. Иначе мы и пульс не ощутим.

Позже автор и сам свидетельствует об этой проблеме: «Брат… нащупал пульс; когда же ощутил соразмерность обоих ритмов… то, успокоившись, опять погрузился в себя»[14]. То есть этот прием, во-первых, настолько нарушает покой ума, что приходится успокаиваться. Во-вторых, он настолько отрывает внимание от молитвы, что ум покидает сердце, из-за чего и требуется «опять погружаться в себя».

Сравним эти манипуляции с приемами затвор и метроном. Здесь все происходит иначе: внимание, хотя частично и отвлекается на физические процессы, однако при том условии, что контроль строго локализован. А именно: ощущение дыхания и пульса улавливаются исключительно в сердечном месте, никак не за его пределами. Благодаря этому ум способен удерживать в сфере внимания несколько процессов или объектов и при этом неисходно оставаться в сердце.

Только тот, кто уже достаточно утвердился в сердечной молитве, может, не покидая сердца умом, одновременно сосредотачиваться на находящихся за пределами сердца объектах. Но это та мера, когда нет никакой нужды в нащупывании пульса.

***

[1] Эмилиан (Вафидис), архим. Слово о трезвении. Екатеринбург, 2020. Ч. 1. С. 107.

[2] См. выше рубрики «Затвор» и «Дышите Христом»: Постараемся не напрягаться, не прилагать усилий, втискивая слова в дыхательный цикл, но и не будем насиловать дыхание, искусственно его ускоряя или растягивая. Попытаемся плавно прийти к гармоничному сочетанию, когда и ритм дыхания, и темп молитвы станут органично созвучными, сохраняя при этом естественность без всякого принуждения… Предстоит решить творческую задачу: нащупать такое равновесие, так гармонизировать пять молитвенных слов с дыханием, чтобы и дышалось, и мыслилось совершенно естественно и не возникало каких-либо напряжений.

[3] Трудно объяснить, каким образом увязываются между собой эти ритмы. Скорее всего, связь тут нащупывается интуитивно, и тогда возникает та «своеобразная ритмичность», о которой говорят знающие это по опыту: действие молитвы «возобновилось само, без всякого понуждения… только не в такт сердцебиению, из-за ходьбы более учащенному, но все равно с какой-то своеобразной ритмичностью, еле уловимой сознанием». – Меркурий (Попов), мон. Записки пустынножителя. М., 2016. С. 178.

[4] Здесь можно увидеть несколько шутливую аналогию с ансамблем музыкальным, где партию вокала и соло-гитары исполняет молящийся ум, ему в виде дыхания аккомпанирует ритм-гитара, а роль бас-гитары или ударных выполняет пульс.

[5] На примере старца Феодосия видно, как ему пришлось отказаться от слежения за пульсом: «Во время умной художественной молитвы усилилось постепенно биение сердца», после чего «дыхание ослабело совершенно… Состояние мое признал болезненным. Разгорячение сердца объяснил соединением молитвы с сердцебиением, напряженное внимание к молитве передалось и сердцу, через соединение с ним молитвы, и тем усилило его до ненормального состояния, после чего последовало бессилие его, а вместе с ним и дыхания. И положили мы не соединять мне, слабому сердцем, молитву с сердцебиением намеренно (хотя оно и помогает своим непрестанным действием), а соединять ее только с дыханием». – Феодосий Карульский, иеросхим. // Непрестанно молитесь!.. М., 1992. С. 160.

[6] Так, старец Феодосий рассказывает, что они с о. Никодимом решили ограничиться тремя позициями. «Положили мы, что довольно нам: 1) творения молитвы в сердце, 2) внимания к словам молитвы с верою в присутствие в них Самого Господа и 3) разделения молитвы на две половины соответственно процессу дыхания – вдоху и выдоху». – Феодосий Карульский, иеросхим. // Непрестанно молитесь!.. М., 1992. С. 161.

[7] «Видим, сколько помогает такой способ для достижения непрестанной молитвы. Тот, кто занимается им, и на работе, и за рукоделием, сам того не желая, творит молитву, соединяя ее с дыханием. Прилепится молитва к дыханию, и, делая вдох, невольно будем произносить молитву. Такой прекрасный результат приносит этот способ». – Ефрем Филофейский, архим. Учение об умной молитве. Афон, 2015. С. 7.

[8] «Память Иисусова да соединится с дыханием твоим». – Иоанн Синайский, прп. Лествица. 27:61.

[9] Тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа… Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших (1Кор. 6, 19–20).

[10] Дыхательная функция крови состоит в доставке кислорода посредством кровотока от легких к клеткам тканей организма и обратно – углекислого газа от тканей к легким. – http://psyera.ru/krov-1284.htm

[11] Мк. 12, 30.

[12] Свт. Игнатий по этому поводу высказывается многократно: «При обильном действии молитвы Иисусовой все силы души, самое тело принимают участие в ней». «Когда молитва осенится Божественною благодатию, тогда… вся душа повлечется к Богу непостижимою духовною силою, увлекая с собою и тело». «Когда… ум начнет соединяться в молитве с сердцем… наконец устремится в молитву и самое бренное наше тело». «За душой повлечется в это соединение и самое тело». Молитва тогда «совершается от всей души, с участием самого тела… совершается из всего существа». «Не только все силы души да будут направлены к Богу, самое тело да примет участие в этом стремлении… да будет весь человек соединен воедино и всецело устремлен к Богу». «Возлюбим Господа так, как Он повелел любить Себя: всем сердцем, всею душею, всем умом, всею крепостию, чего невозможно исполнить без участия тела… Телам нашим свойственна любовь божественная». «Невозможно человеку устремиться всем помышлением, всею крепостию своею, всем существом своим к Богу иначе, как при действии молитвы». – Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения. Т. 1–5. http://azbyka.ru

[13] Меркурий (Попов), мон. Записки пустынножителя. М., 2016. С. 60.

[14] Меркурий (Попов), мон. Записки пустынножителя. М., 2016. С. 167.

Источник: Новиков Н.М. / Молитва Иисусова. Опыт двух тысячелетий. Учение святых отцов и подвижников благочестия от древности до наших дней: Обзор аскетической литературы: В 4 т. – Т. 4. Кн. 1. М.: Издательский проект «Путь умного делания», 2021 – 716 с. (Азбука.ру)