Схиархимандрит Гавриил (Бунге): «Непрестанная молитва»

Время прочтения: 6 мин. Уровень сложности: общедоступный

«Молитва», согласно общему представлению – это свободно сформулированный или уже данный в устоявшейся формуле текст, например, как «Отче наш» – наиболее употребительная христианская молитва. Такая «молитва» имеет определенную продолжительность, и иногда она, как «Отче наш», сравнительно коротка.

«Молиться» означает в таком случае или свободно обращаться к Богу или использовать при этом ранее созданный текст. Но как бы долго кто-либо ни молился подобным образом, его «собеседование с Богом» поневоле ограничено временем.

Призыв Иисуса «всегда молиться»[1] и апостола Павла – «молиться непрестанно»[2], должен был бы в таком случае означать – молиться часто, возможно даже, очень часто и ничего более. Однако отцы древнего монашества, в отличие от некоторых отцов Церкви, поняли это увещевание совершенно буквально.

Нам не было повелено постоянно работать, бодрствовать и поститься, но было заповедано «непрестанно молиться», потому что те /деяния/ исцеляют страстную часть души, хотя для работы требуется тело, которое по своей немощи /не всегда/ способно к трудам; молитва же делает ум чистым и крепким для борьбы и ей присуще /обращаться к Богу/ и без этого тела, а также сражаться с бесами за все силы души[3].

То, что предписание Павла следует понимать буквально, было ясно не только для одного Евагрия: такого же мнения придерживались и другие отцы древнего монашества. Но если сам принцип не вызывал разногласий, то осуществление его ставило вопросы.

Вопрос: Как можно «всегда молиться»? Ведь тело устает от богослужения.

Ответ: Не только стояние на ногах во время молитвы называется «молитвой», но также и «непрестанная» /молитва/.

Вопрос: Что значит «непрестанная»?

Ответ: Если ты ешь, пьешь, находишься в пути или занят какой-либо работой, не уклоняйся от молитвы!

Вопрос: Но если ты занят беседой с кем-либо, как можно исполнить /заповедь/ «всегда молиться»?

Ответ: В отношении этого Апостол сказал: «Всякою молитвою и прошением /молитесь во всякое время духом/»[4]. Если же ты, беседуя с кем-либо, не посвящаешь себя молитве, «молись прошением».

Вопрос: Какой молитвой следует молиться?

Ответ: «Отче наш, Иже еси на небесех».

Вопрос: Какую меру следует соблюдать во время молитвы?

Ответ: Никакая мера /нам/ не указана. Ибо «всегда молиться» и «непрестанно молиться» не имеет меры. И потому монах, который молится только тогда, когда встает на молитву, по сути, не молится.

И добавил: кто хочет исполнить это, должен считать себя единым со всеми[5] и воздерживаться от сплетен[6].

Молиться «всегда» и «непрестанно», стало быть, не означает ничего иного, кроме как молиться всегда и везде, но не в качестве дела, выполняемого наряду с другими, но одновременно с ними! О том, как можно достичь этого, здесь не говорится, однако при внимательном прочтении можно заметить, что отец, отвечавший на вопросы, проводит важное различие между молитвой (proseuche)и прошением (deesis). Говоря о первой, он указывает в качестве примера молитву «Отче наш», которая повсюду читается вслух, а как совершается прошение, нам не сказано. Указание на Еф.6:18 говорит о том, что оно каким-то образом совершается «в Духе».

Состояние молитвы есть навык бесстрастия, который с помощью наивысшей любви /eroti/ восхищает любомудренный /philosophon/ ум на духовную высоту[7].

Такое «восхищение» свидетельствует о том, что духовное делание человека достигло своей цели и вслед за этим сам Бог, то есть Сын и Дух, действует в нем. И «молитва» теперь – уже не особое дело нашего духа, стоящее в одном ряду с другими видами деятельности и потому по необходимости ограниченное временными рамками, но совершенно естественное состояние, поскольку оно является действием духа, «подобающим достоинству ума»[8], столь же непроизвольное и естественное как дыхание.

Всегда Христом дышите и веруйте в Него – призывал умирающий Антоний своих учеников[9]. Молитва – это духовное дыхание души, ее подлинная и настоящая жизнь.

Этот идеал непрерывного пребывания в молитве современному человеку может показаться «типично монашеским»[10]. Однако в действительности он гораздо древнее монашества, ибо принадлежит к тем «древним неписаным традициям», которые отцы церкви возводили к самим апостолам. Уже Климент Александрийский писал о своем идеале истинного «гностика», вся жизнь которого – «это молитва и диалог с Богом»[11], ибо он молится при всех обстоятельствах: во время прогулки или в компании, отдыхая, читая или начиная разумную работу. И если в «келье» своей души он сохраняет лишь одну мысль и с «воздыханиями неизреченными»[12] призывает Отца[13], то Он уже рядом в то время, как тот еще молится[14].

Древние монахи лишь придали этому идеалу устойчивую форму, которая по своей простоте доступна каждому, кто действительно серьезно к нему стремится. Ибо всякая душа по самой своей природе предназначена к тому, чтобы «славить Господа».

«Всякое дыхание да хвалит Господа»: если «свет Господень» по Соломону – это «дыхание человека», тогда всякое разумное творение, которое дышит этим «светом», воздает хвалу Господу[15].

***

[1] Лк.18:1.

[2] 1Сол.5:17.

[3] Евагрий. Слово о духовном делании, 49 (Цит. изд., стр. 104).

[4] Еф.6:18.

[5] Евагрий. Слово о молитве, 125: «Монах есть тот, кто считает себя единым со всеми, поскольку он желает видеть в каждом без исключения самого себя». Это значит: «Любить ближнего как самого себя!»

[6] J.-P. Guy, Un entretien monastique sur la contemplation. Recherches de Sciences Religieuses 50 (1962) 230 и след. (nr. 18–22).

[7] Евагрий. Слово о молитве, 53 (Цит. изд., стр. 82).

[8] Там же, 84 (Цит. изд., стр. 86).

[9] Athanasios, Vita Antonii, 91, 3 (Bartelink).

[10] Уже Кассиан (Собеседования, 9, глава 2) указывает на «непрерывное постоянство молитвы» как на «цель всякого монаха и совершенство сердца».

[11] Klemens von Alex., Strom. VII, 73, 1.

[12] Рим.8:6.

[13] 1Пет.1:17.

[14] Klemens von Alex., Strom. VII, 49, 7.

[15] Evagrios, In Ps. 150, 6?. Цит. Притч.20:27.

Источник: фрагменты из книги Схиархимандрит Гавриил (Бунге) «Скудельные сосуды. Непрестанная молитва»